Личная жизнь Матины Пагони: ее муж, решение не иметь детей, и почему она стала врачом

    Иногда, видя на экране постоянно мелькающие «официальные» лица, невольно задаешься вопросом: какова их личная жизнь, кто они на самом деле — по ту сторону экрана. На этот раз интервью дала Матина Пагони, президент Ассоциации врачей больниц Афин и Пирея (EINAП), приоткрыв о себе весьма любопытную информацию.

    В беседе с ведущим программы на канале ANT1 г-жа Пагони упомянула о том, почему она является «чайлдфри» (т.е. о своем решении не заводить детей), а также о своей личной жизни.

    «Я замужем. Вот только мой муж предпочитает держаться в тени. Он не хочет популярности, пиаром не занимается, новости слушает нормально до тех пор, пока на экране не появляюсь я. Когда он меня видит, он критикует и порой очень резко, это правда, — сказала Матина Пагони, продолжив, — Мой выбор не иметь детей был осознанным. С того момента, как я начала заниматься медициной и строить карьеру, моей мыслью было и есть то, что, когда хочешь иметь ребенка, его должны воспитывать родители и особенно их мать».

    «Поэтому, когда я «ушла с головой» в медицину и стала помногу часов находиться вдали от дома, я поняла, что нет смысла рожать ребенка и отдавать его в руки какой-то незнакомой женщине (няне) или спихивать бабушке. Ребёнку нужна его мать. Я так была воспитана: отвечать за все свои действия сама и ничего не перекладывать на других. Это было мое честное решение. Мой муж также принял мои взгляды после того, как мы это обсудили», — подчеркнула она.

    Президент EINAП также упомянула о первом знакомстве с мужем. «Я была на Лемносе по окончании института, на практике. Мой будущий муж был директором клиники патологии, больницы, которую я взяла «в свои руки» с самого первого дня, когда прибыла на остров».

    Она призналась, что решила стать врачом, когда в 7 лет навестила отца в реанимации больницы, у того были проблемы со здоровьем.

    «Мне было семь лет, и я хотел увидеть своего папу. Я плакала в больнице, поэтому заведующий отделением сказал, что проведет меня к нему, но попросил не плакать. Он сказал мне набраться смелости и сохранять спокойствие, и я согласилась. Я не понимала, что там, думала, он заговорит со мной, и я его поцелую. Я спросила врача, поправится ли мой отец, и услышала в ответ, что «он здесь, чтобы хорошо лечить пациентов». Тогда я сказала ему, что тоже стану врачом, чтобы хорошо лечить людей.

    Я не плакала… Но когда я пошла домой, у меня началась истерика, моему телу нужно было пережить весь этот кошмар, увиденных мною больных, страждущих о помощи, находящихся на грани… Все, что я сказала позже дома своим близким, так это то, что «я стану врачом».

    Это было сугубо личное мое переживание, которое заставило меня принять это решение. У меня до сих пор живы эти образы. Травматический опыт. Детей не следует пускать в отделение интенсивной терапии», — сказала Матина Пагони.

    Что она говорит об угрозах, которые ей неоднократно поступали

    «Мне поступали угрозы… Я волновалась… Но когда вы решите выйти на всеобщее обозрение, выступить на телевидении, здесь требуется спокойствие. Если вы чувствуете себя очень неуверенно, вы идете в полицию, в противном случае вы отвечаете спокойно. Я разговариваю с негативными людьми по мобильному телефону, и если вначале они оскорбляли меня, то теперь они узнают меня.

    Я думаю, мы проведем Пасху в деревне. Продолжим делать прививки, появилась новая белковая вакцина для тех, кто говорит, что боится других. Показатели заболеваемости постепенно будут снижаться, мы справимся с Омикроном. Но мы убедительно просим граждан сделать третью прививку», — подытожила свою речь г-жа Пагони.

    Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *